Карл, наш король, великий император,
Семь долгих лет провоевал в Испании.
Нагорный край вплоть до моря попрал он, —
Твердыни нет, чтоб перед ним не пала.
Истерты в прах все крепости и грады.
Лишь на горе Сарагоса осталась:
Марсилий в ней богопротивный правит,
Махмета чтит, к Аполину взывает.
Но, все равно, его бог покарает.
Марсилий царь пребывал в Сарагосе.
Пошел он в сад под тень дерев плодовых,
Ложится он на мрамор-камень желтый.
Вокруг него тысяч двадцать окольных
К герцогам он и графам молвит слово:
— «О, господа, сразила нас недоля.
Карл, император сладкой Франции вольной,
Вступил в наш край, поработить нас хочет.
Чтоб биться с ним, нехватает мне войска
И нет людей, чтоб рать его расстроить.
Мудрый совет мне дайте, как сеньору,
Как мне спастись от конца и позора».
Нехристя нет, чтоб вымолвил хоть слово.
Лишь подал глас Бланкандрин из Вальфонды.
Слыл Бланкандрин средь мавров мудрецом,
Доблестен был, как истинный барон.
Верный вассал, чтоб сеньору помочь,
Царю он рек: «Пугаться вам грешно.
Отправьте к Карлу, что и спесив и горд,
О верной службе и о дружбе послов.
Пошлите в дар медведей, львов и псов,
Семьсот верблюдов, тысячу соколов
И лошаков со златом и сребром,
Всего добра на пятьдесят возов,
Чтоб наградить наемников он мог.
Вдоволь-де он ходил на нас войной,
Пусть, мол, теперь вернется в Ахен вновь,
А вы — за ним в Михайлов день святой,
Чтоб от него принять закон Христов,
Карлу служить по чести и добром.
Коль хочет он — аманатов пошлем
Десяток, два, чтоб доверял нам он.
Дадим ему сыновей наших жен,
Первым на смерть я пошлю своего.
Лучше им там расстаться с головой,
Чем нам терять и славу и почет,
Чем нам пойти побираться с сумой.
Рек Бланкандрин: «Клянусь рукою правой
И бородой, что мне грудь обвевает:
Узрите вы — растают франки сразу.
Франки уйдут во Францию обратно,
В дому родном опять осядет каждый,
Выедет Карл в свою часовню в Ахен
В Михайлов день, чтоб светлый праздник справить.
Но день придет, урочный срок настанет —
Нету от нас ни весточки, ни гласа.
Спесив король и очень злобен нравом,
Казнить велит он наших аманатов,
Но лучше им с головами расстаться,
Чем потерять нам свет-красу Испанию,
И претерпеть нищету и напасти.
«Пожалуй, так!» — говорят басурмане.
Марсилий царь распустил свой совет.
На зов пришли Кларин де-Баласгет,
Эстрамарит, Эудропин, его пер,
И бородач Гуарлан с Приамом вслед,
С дядей своим, Магеем, Мачинер,
И Джоунер, и заморский Мальбьен
И Бланкандрин, чтоб вел пред Карлом речь.
Из самых злых он десяти велел:
— «Вы, господа, пойдете к Карлу днесь.
Мой город Кордр он осадой обсел,
Каждый возьмет оливковую ветвь:
Что значит: мир и смиренье сердец.
Коль вы умно смягчите Карлов гнев,
Я дам вам всласть сребра и злата всем
И вдоволь дам феодов и земель».
Они в ответ: «Заслужим эту честь».
Марсилий царь свой совет распустил,
Вассалам рек: «Велю я вам идти,
Ветви олив в руках своих нести,
Пред королем такую речь вести:
Чтоб он меня Христа ради простил.
Едва-едва лишь месяц пролетит,
Пойду за ним я с тысячей своих,
Их и себя в Христов закон крестить,
Карлу служить по вере и любви.
Коль он велит, заложников дадим».
Рек Бланкандрин: «Вот это добрый мир».
Марсилий взял десяток мулов белых,
Сватильский царь их прислал ему прежде:
Седла в сребре, золотые уздечки.
На мулов тех посланники воссели,
Держат в руках оливковые ветви,
К Карлу пришли, что Францией владеет.
От их обмана он спастись не сумеет.
Был император и весел и доволен.
Взял город Кордр, разбил он стены в крохи
И башни все стрелометами сбросил.
Его бойцы добычи взяли вволю,
Злата, сребра, дорогих узорочий.
В городе нет язычника такого,
Что не убит иль не крещен водою.
Наш император сидит в саду плодовом,
И там Роланд с Оливьером-бароном,
Герцог Самсон с Ансеисом прегордым,
Джефрейт д’Анжу, гонфалоньер коронный,
Еще пришли Джерин с Джерьером оба,
А где они, там и других есть вдоволь,
Пятнадцать тысяч из Франции привольной.
Сели бойцы на белый плат шелковый,
Тивлеи есть для утехи баронов,
Шахматный стол для старых и толковых.
Фехтует сонм тех отроков проворных.
В тени сосны там, где цветет шиповник
Стоит престол из золота литого.
Там сел король сладкой Франции вольной,
Брадою сед и с белой головою,
Станом красив и величав собою,
Без слова всяк его признает тотчас.
С седла сошли послы перед престолом
Поклон творят по чину и закону.
Заговорил прежде всех Бланкандрин,
Рек королю: «Спаси вас бог един,
Пресветлый царь, которого мы чтим.
Марсилий царь вам так сказать велит:
Возжаждал он спасения души.
Много вам даст он от богатств своих:
Медведей, львов, ястребов на цепи,
Семьсот верблюдов и соколов лихих,
Сребра и злата четыреста корзин,
Чтоб пятьдесят возов вам нагрузить;
Безамов даст полновесных таких,
Что будет, чем наймитам заплатить,
Довольно лет вы у нас провели:
В Ахен пора вам в край родной идти.
Царь вслед пойдет. Так рек мой господин».
Руки простер к творцу наш властелин.
Склонил главу, задумавшись сидит.
© «Онлайн-Читать.РФ», 2017-2026. Произведения русской и зарубежной классической литературы бесплатно, полностью и без регистрации.
Обратная связь