Владимир после крещения еще больше прославился добрыми делами. Он уже не думал о завоевании чужих государств, а больше всего заботился о просвещении своих подданных: открывал для них училища, строил церкви, заботился, как отец, о всех бедных; на его княжеском дворе они могли в любое время получать пищу и деньги; больным же, которые не могли выходить из своих домов, великий князь приказывал развозить съестные припасы: хлеб, рыбу, мед и даже квас в бочках. Он стал, наконец, так милостив, что самых ужасных злодеев боялся наказывать смертью и позволял им откупаться от наказания деньгами. Такое денежное наказание называлось вира[*] и было тяжко для преступников, потому что деньги в то время были очень редки. Однако Владимир скоро отменил эту виру, потому что священники объяснили ему, что Бог не только позволяет, но даже велит наказывать дурных людей, чтобы они не обижали добрых.
Одним словом, все добродетели, которыми великий князь старался загладить свои прежние дурные поступки, были так велики и угодны Богу, что наша Церковь назвала его Святым и Равноапостольным. Он заслужил это название, потому что с таким же усердием, как и святые Апостолы[*], старался просвещать верой в Иисуса Христа своих подданных — идолопоклонников.
В старости добрый Владимир имел большое огорчение. Но прежде, нежели вы узнаете, какое это было огорчение, надо рассказать вам о семействе великого князя. Оно было очень велико, потому что до Греческой царевны Анны, его последней супруги, было у него еще четыре жены. Вы помните, что первой была несчастная Рогнеда. От нее он имел четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава и Всеволода. От трех других — Вышеслава, Святослава, Мстислава, Бориса и Глеба. Кроме того, он еще усыновил Святополка, сына своего убитого брата Ярополка. Владимир называл этого племянника своим старшим сыном, потому что все его родные дети были моложе Святополка.
Все эти князья были еще маленькие, когда Владимир сделал их своими наместниками в разных областях государства и послал их туда с умными воспитателями, которых называли тогда пестунами[*]. Владимир приказал им управлять областями, пока не вырастут его сыновья. Прошло много лет: все маленькие дети Владимира стали храбрыми князьями. Один из них, Ярослав, управлял Новгородом. Новгородцы еще во времена малолетства Святослава считались беспокойным народом, и только умная княгиня Ольга могла усмирить их гордость. При Владимире они опять забыли свой долг к государю и захотели быть вольными. Ярослав вместо того, чтобы удержать непослушных подданных своего отца и государя от такого дурного поступка, взял их сторону и послал сказать Владимиру, что Новгород не намерен больше платить ему обыкновенную дань и не хочет быть под его властью.
Вы можете представить себе, каково было Владимиру услышать известие, что один из его старших сыновей осмелился не повиноваться ему! Тогда-то он понял, что нельзя было делить Россию на многие уделы, тогда-то он почувствовал, какие ссоры и несогласия начнутся после его смерти! Эти размышления о несчастье любезного Отечества, без сомнения, были очень горестны для души Владимира: он занемог и вскоре скончался в своем загородном дворце Берестове. Народ безутешно плакал о добром государе, бедные — о благодетеле! Долго рассказывали и в России, и в чужих землях о славном княжении великого князя Владимира I; много говорили о его богатых пирах и славных богатырях его времени. Об их приключениях даже сочинили былины: и теперь мы с удовольствием читаем эти былины и дивимся силе Ильи Муромца, Добрыни Новгородского, Рогдая и других богатырей Владимира. Сказки, при всех своих несуразностях, очень помогают в изучении истории, потому что из них можно узнать о нравах и обычаях того времени; например, в былинах о богатырях Владимира мы видим, что он очень любил своих храбрых воинов, что он щедро награждал их за верную службу, что устраивал для них веселые праздники в своем дворце.
В Послании поэта Василия Жуковского к Воейкову есть описание, прекрасно изображающее время Владимира со многими особенностями, отличавшими это славное княжение. Здесь вы услышите и о его богатырях, и о многих чудах и чудесах, которым верили наши добродушные предки, услышите и песню, которую пела одна из Русских княгинь, проводившая своего супруга на войну и горько плакавшая о нем; услышите… Но зачем заранее говорить вам, вот, читайте. Поэт видит перед собой давно минувшие времена:
«…Я вижу древни чудеса:
Вот наше Солнышко-краса
Владимир-князь с богатырями;
Вот Днепр кипит между скалами;
Вот златоверхий Киев град;
И басурманов[*] тьмы, как пурги,
Вокруг зубчатых стен кипят;
Сверкают шлемы и кольчуги;
От кликов, топота коней,
От стука палиц, свиста пращей[*]
Далеко слышен гул дрожащий;
Вот дивной облечен броней
Добрыня, богатырь могучий,
И конь его, Златокопыт;
Чрез степи и леса дремучи
Не скачет витязь, а летит,
Громя Зилантов и Полканов,
И ведьм, и чуд, и великанов;
И в тайне девица-краса
За дальни степи и леса
Вослед ему летит душою,
Склоняся на руку главою,
На путь из терема глядит
И так в раздумьи говорит:
„О ветер, ветер! Что ты вьешься?
Ты не от милого несешься,
Ты не принес веселья мне;
Играй с касаткой в вышине,
По поднебесью с облаками,
По синю морю с кораблями —
Стрелу пернатую отвей
От друга-радости моей“.
Краса-девица ноет, плачет;
А друг по долам, холмам скачет,
Летя за тридевять земель;
Ему сыра земля — постель;
Возглавье — щит; ночлег — дубрава;
Там бьется с Бабою-Ягой;
Там из ручья с живой водой
Под стражем змея шестиглава
Кувшином черпает златым:
Там машет дубом перед ним
Косматый людоед Дубыня;
Там заслоняет путь Горыня;
И вот внезапно занесен
В жилище чародеев он:
Пред ним чернеет лес ужасный,
Сияет блеск в дали прекрасной,
Чем ближе он, тем дале свет,
То тяжкий филина полет,
То вранов раздается рокот;
То слышится Русалки[*] хохот;
То вдруг из-за седого пня
Выходит леший[*] козлоногий;
И вдруг стоят пред ним чертоги[*],
Как будто слиты из огня —
Дворец волшебный Царь-девицы».
Дол — безлесая долина или равнина.
Дубрава — дубовый лес.
Не правда ли, мои милые читатели, много чудес было в княжение Красного Солнышка? — так народ называл Владимира. Эти чудеса, увеличиваясь в рассказах, переходивших от одного поколения к другому, разливают какой-то поэтический свет на все приключения того отдаленного времени. Не только важнейшие из них, которыми было так богато княжение Владимира I, но даже и обыкновенные. Например, пиры и праздники при его дворе содержали в себе что-то особенное. На этих праздниках великий князь и его семейство от души угощали своих гостей и не сердились даже тогда, когда эти гости от больших кружек вина и меда делались очень веселы и смело говорили все, что думали. Так, однажды они сказали, что стыдно славному Русскому государю подавать за своим столом деревянные ложки. Владимир, услышав это, приказал сделать для них серебряные и сказал при этом: «Серебром и золотом не достанешь верной дружины, а с нею я достану много серебра и золота».
Вы видите, что Русские государи всегда были добры к своим подданным и ласковы с ними. Друзья мои, любовь к народу всегда была врожденным чувством наших государей. Но зато и народ всегда любил их! Вы, наверное, заметили это в то время, когда читали, что воины Святослава хотели с радостью умереть вместе с ним при Доростоле. Вы заметили это и тогда, когда по одному повелению Владимира весь народ крестился в христианскую веру и из любви к государю решился оставить своих прежних богов. Вы увидите эту любовь и потом на протяжении всей нашей истории; вы найдете ее и в молоденьких ваших сердцах. Берегите же эту взаимную любовь: в ней заключается счастье вашей жизни и слава вашего Отечества!
© «Онлайн-Читать.РФ», 2017-2026. Произведения русской и зарубежной классической литературы бесплатно, полностью и без регистрации.
Обратная связь