У великой княгини Софии уже было три дочери. Она и ее супруг желали иметь сына, и Бог исполнил их желание: в 1478 году у них родился сын Василий, который стал потом наследником престола. Но ни эти семейные радости, ни слава, ни беспрестанные победы Русских не могли доставить совершенного счастья ни великому князю, ни его супруге. Обоих занимала только одна мысль: видеть Русскую землю освобожденной от власти Татар. Умная, гордая София искусно умела усиливать в сердце супруга его ненависть к ханам! Как часто даже на веселых княжеских праздниках, когда Иоанн восхищался ее величественным видом, богатством царского наряда, красотой своих детей, София с хитростью спрашивала у него: «Долго ли быть мне и детям моим подданными Татарского хана?» Иоанн, который почти беспрестанно и сам задавал себе этот вопрос, радовался, видя то же самое желание и в сердце супруги своей, и еще усерднее старался его исполнить. Подходящий случай скоро представился.
Русские князья всегда должны были с особенными обрядами встречать Татарских послов, которые привозили с собой басму[*], то есть изображение, или болван хана. Князья пешком выходили за город на эту встречу, кланялись послам и для слушания ханских грамот подстилали соболиный мех под ноги чтецу, а сами становились на колени. На том месте, где происходила эта встреча, потом построили церковь, которая и теперь называется Спасом на Болвановке. София, чувствуя достоинство своего супруга, не могла перенести мысли о том, чтобы он преклонил колена перед болваном хана, и уговорила его не ходить на встречу послов. Некоторые историки говорят, что Иоанн не только исполнил ее желание, но даже изломал басму, бросил ее на землю, растоптал ногами и сказал послу: «Объяви это хану: что сделалось с его басмой, то будет и с ним, если он не оставит меня в покое». Отпустив с такими словами посла, он не дал ему дани, за которой тот приезжал из Орды. Такая смелость Русского государя ужасно рассердила хана Ахмата. Хитрый Польский король Казимир, всегда желавший навредить России, постарался воспользоваться этой ссорой и наговорил столько на Иоанна, что Татарский царь приказал своему войску готовиться к нападению на Русские земли. Казимир обещал быть его союзником.
В это трудное для России время Крымский хан Менгли-Гирей доказал Иоанну свою верность и дружбу: он напал на Польские и Литовские владения и тем помешал Казимиру исполнить обещание, данное Ахмату. Иоанн отправил других Крымских царевичей, братьев Менгли-Гирея, живших в России, и с ними Звенигородского воеводу Ноздреватого с отдельным отрядом к Сараю, чтобы во время отсутствия хана разорить его столицу и по дороге к ней еще и Татарские селения, или улусы.
Между тем великий князь собирал войско, непременно хотел сам предводительствовать им и приготовился дать решительное сражение, которого с нетерпением ожидал весь народ, потому что был уверен в искусстве и счастье своего государя. Но Иоанн по своей обычной осторожности не спешил начинать войну, не хотел проливать без нужды кровь своих подданных и дошел с войском только до берегов Угры, что течет по Смоленским и Калужским землям, впадая в Оку. Здесь он мог удержать Ахмата от вторжения на территорию своего государства и ожидал известия о том, что сделал воевода Ноздреватый. Через некоторое время подошел к Угре и Ахмат со своим войском и расположился на ее правом берегу напротив Русских, стоявших на левом берегу. В числе главных воевод был также и молодой сын великого князя от первой супруги, Иоанн. Две недели оба войска смотрели друг на друга, ничего не делая: Ахмат поджидал Литовцев, о которых не было ни слуху, Иоанн высматривал местоположение, где удобнее было бы сражаться, и, наконец, выбрал для этого Боровские поля и приказал своему войску туда отступить. Князья, бояре и воины удивились и с досадой думали, что их государь боится сражения: они не поняли осторожного Иоанна. Татары же поняли его еще меньше, вообразив, что Русские обманывают их и, нарочно отступая, заманивают в приготовленные засады. Непостижимый ужас овладел Ахматом: он поспешил уйти из Русской земли и дорогой разорил двенадцать городов, бывших во владении Литовцев за то, что Казимир не пришел к нему на помощь. Никто не понимал, отчего Татарский хан так неожиданно оставил Русские области, но вскоре узнали причину: он получил известие, что в Сарае и во всех его окрестностях производят страшное опустошение посланные Иоанном Крымские царевичи и воевода Ноздреватый. Итак, Ахмату надо было оставить наше Отечество, чтобы защищать собственную землю. Но он не дошел до нее. Ногайские Татары под начальством Шайбанского князя Ивана, прослышав о богатой добыче Ахмата, отнятой в Литовских городах, напали на него, загнали к берегам Азовского моря и там убили. Потом Иван окончательно разорил Сарай, развалины которого еще и теперь видны на берегах Ахтубы, и прислал послов сказать великому князю, что врага его уже нет на свете, а он, как потомок Чингисхана, только просит дружбы Русского государя. Дети Ахмата еще долго бродили с остатками своей Орды по степям, окружавшим их прежние владения; воевали с Крымскими Татарами, ненавидя Менгли-Гирея за его преданность Русскому государю; уговаривали Казанских Татар идти с ними на Русских и, может быть, это и удалось бы им сделать, если бы в Казани все было в это время в прежнем порядке; но, напротив, после царя Ибрагима там происходили страшные ссоры за наследование престола, и народ разделился на разные партии, которые старались уничтожить друг друга. Иоанн воспользовался таким неустройством и послал в Казань своего храброго воеводу, князя Холмского, который усмирил всех и возвел на престол одного из царевичей, Махмет-Аминя, чтобы он был данником Иоанна. После этого Казанскому царю уже нельзя было согласиться с приглашением детей Ахмата идти на Русских, а наоборот, надо было по присяге, данной Русскому государю, считать их своими врагами. Таким образом, не получая ни от кого помощи, Кипчакская Орда была совершенно истреблена своим неутомимым врагом Менгли-Гиреем за три года до кончины Иоанна, и последний хан ее, Шиг-Ахмат, просивший помощи в Литве, умер там в темнице.
Так, наконец, наше бедное Отечество освободилось от жестокой власти своих завоевателей. О! Как мы должны благодарить Бога за то, что Он помог нашим добрым предкам перенести столько бед и горя! Вспомните все, что они терпели со времен Ярослава Всеволодовича, первого из наших князей, принужденного покориться Татарским царям. Можно ли было перенести все эти страдания без особенного покровительства и Божьей помощи? Можно ли было Руси, растерзанной и жестокими Татарами, и собственными князьями, и чужеземными государями, дойти одной, без этой небесной помощи, до той степени славы, которую она уже имела при Иоанне III? Конечно, нет! А чем же, думаете вы, милые читатели мои, наши предки заслужили эту помощь, эту любовь, эту милость к ним Бога?.. Тем, что они были самыми усердными христианами; тем, что они любили Бога выше всего на свете, что они надеялись на Него одного, а не на свои силы и ум, и не начинали никакого дела, не помолясь прежде Ему и не попросив Его благословения. Так жили у них и князья, и бояре, и купцы, и простые люди, и усердие их так приятно было Богу, что Он спасал их во всех опасностях и, наконец, возвратил им счастье.
Точно, друзья мои, вера и набожность их были примерные. За то Бог и наградил их примерно. Славное княжение Ин. 3 есть еще только начало этой награды. Вы увидите в следующих рассказах, как их слава будет увеличиваться и как, наконец, наше Отечество достигнет своего настоящего могущества. Мы можем по справедливости сказать, что благословение Божье часто самым очевидным образом сопровождало дела наших предков. Постараемся же и мы, потомки их, заслужить это драгоценное благословение: постараемся иметь такую же твердую веру в Бога, такое же искреннее усердие, такую же пламенную любовь, какую имели они, и счастье нашего Отечества всегда будет неизменно!
© «Онлайн-Читать.РФ», 2017-2026. Произведения русской и зарубежной классической литературы бесплатно, полностью и без регистрации.
Обратная связь