ГлавнаяА. О. ИшимоваИстория России в рассказах для детей

Россия в годы правления Александра I *1801–1825 года*

Состояние Европы в первые четыре года царствования императора Александра I от 1801 до 1805 года

В 1714 году Петр I, одер­жав важ­ную победу над Швед­ским фло­том при Аланд­ских* ост­ро­вах, ска­зал в своей тор­же­ствен­ной речи по этому поводу сле­ду­ю­щие при­ме­ча­тель­ные слова: «При­рода сотво­рила токмо* еди­ную Рос­сию, и она не должна иметь ника­кого сопер­ника». Все дей­ствия импе­ра­тора Алек­сандра во время его два­дца­ти­ше­сти­лет­него прав­ле­ния под­твер­ждали эти слова вели­кого: все, каза­лось, скло­ня­лось к тому, чтобы оправ­дать их, — и слу­чай­ные обсто­я­тель­ства, и воля государя.

Милые чита­тели, вы, конечно, помните, что импе­ра­тор Алек­сандр Пав­ло­вич был стар­шим сыном импе­ра­тора Павла I и его супруги, импе­ра­трицы Марии Федо­ровны. Вы зна­ете также, что он был любим­цем своей вели­кой бабушки и что она сама вос­пи­ты­вала его, сама гото­вила к цар­ство­ва­нию. Опи­са­ние трид­цати четы­рех лет прав­ле­ния Ека­те­рины дока­зало нам, что основ­ной при­чи­ной счаст­ли­вых цар­ство­ва­ний явля­ется любовь народа, и немно­гие госу­дари умели вну­шить к себе такую любовь, как импе­ра­тор Алек­сандр. При­рода ода­рила его всеми каче­ствами, достой­ными любви, а вос­пи­та­ние раз­вило до высо­чай­шей сте­пени эти дра­го­цен­ные дары, поэтому авгу­стей­ший внук Ека­те­рины пред­став­лял собой обра­зец госу­даря, обо­жа­е­мого наро­дом. Мы уже гово­рили о любви, так сильно про­яв­ля­е­мой к нему во всех местах нашего обшир­ного Оте­че­ства еще в то время, когда он был наслед­ни­ком пре­стола. Эта любовь к нему уси­ли­ва­лась с его воз­рас­том и с той мол­вой, кото­рая раз­но­сила по всему цар­ству слух о его ангель­ской доб­роте, о его крот­ком нраве, пре­лест­ной наруж­но­сти. Нако­нец, она про­яви­лась силь­нее, чем при его вос­ше­ствии на пре­стол, и про­яви­лась не только в Рос­сии среди его под­дан­ных, но даже и в чужих краях, среди ино­стран­цев: их вос­торг по отно­ше­нию к моло­дому импе­ра­тору был так велик, что один из луч­ших поэтов Гер­ма­нии, Кло­т­шток, напи­сал оду[*] на слу­чай его вос­ше­ствия на престол.

Алек­сандр не мог оста­ваться рав­но­душ­ным к такому все­об­щему выра­же­нию любви: она глу­боко тро­гала его сердце, от при­роды чрез­вы­чайно чув­стви­тель­ное, и, испол­нен­ный бла­го­дар­но­сти к авгу­стей­шей бабушке, своей вос­пи­та­тель­нице, он в пер­вом же своем указе народу объ­явил: «Мы будем цар­ство­вать по сердцу и зако­нам нашей бабки Ека­те­рины II». Вслед за этим он поспе­шил про­явить и перед сво­ими под­дан­ными то чув­ство, кото­рое напол­няло его сердце к ним: это было про­яв­ле­ние неж­ней­шей заботы обо всем, что каса­лось улуч­ше­ния их состо­я­ния. Здесь перед нами откры­ва­ется длин­ный ряд бла­го­де­я­ний Алек­сандра. Вни­ма­ние его прежде всего было обра­щено на тех под­дан­ных, поло­же­ние кото­рых было несчаст­ливо, и 15 марта, то есть через три дня после его вос­ше­ствия на пре­стол, были про­щены все содер­жав­ши­еся по делам Тай­ной экс­пе­ди­ции, и само это при­сут­ствен­ное место, учре­жден­ное для раз­бора важ­ней­ших уго­лов­ных дел и при­ни­мав­шее ино­гда при этих раз­би­ра­тель­ствах слиш­ком стро­гие меры, было упразд­нено. Вообще крот­кая душа Алек­сандра была до такой сте­пени напол­нена мило­сер­дием, что и к самим пре­ступ­ни­кам он про­яв­лял состра­да­ние, и все, что отя­го­щало их судьбу, напри­мер, слиш­ком жесто­кие нака­за­ния, пытки при допро­сах — все это было им отме­нено; даже висе­лицы, кото­рые обычно ста­ви­лись в горо­дах в пуб­лич­ных местах для того, чтобы выстав­лять напо­каз имена пре­ступ­ни­ков, были уни­что­жены: мило­серд­ный госу­дарь нахо­дил эту меру пра­во­су­дия слиш­ком тяже­лой для род­ствен­ни­ков несчаст­ного, под­верг­ше­гося наказанию.

Столько вели­ко­ду­шия, про­яв­ля­е­мого по отно­ше­нию к людям, меньше всего достой­ным цар­ствен­ных мило­стей, пока­зы­вает, до такой сте­пени сердце Алек­сандра было напол­нено забо­той о сча­стье всех дру­гих его под­дан­ных. При­сту­пая к пере­чис­ле­нию всего сде­лан­ного им, мы должны прежде всего оста­но­вить вни­ма­ние на стрем­ле­нии моло­дого импе­ра­тора дать сво­ему народу глав­ную основу счаст­ли­вой жизни — дать обра­зо­ва­ние и вме­сте с ним — все блага, отсюда про­ис­те­ка­ю­щие. В этом отно­ше­нии он пре­взо­шел всех своих пред­ше­ствен­ни­ков. «При­мера не было в исто­рии, — ска­зал один из извест­ных наших лите­ра­то­ров, — когда бы с таким оду­шев­ле­нием и рев­но­стью забо­ти­лось пра­ви­тель­ство о водво­ре­нии в госу­дар­стве любви к нау­кам, как в пер­вые годы цар­ство­ва­ния импе­ра­тора Алек­сандра. До него про­све­ще­ние пред­став­ляло один из тех пред­ме­тов, на кото­рые смот­рят как на при­ят­ность, как на удоб­ство, как на пред­мет из числа полез­ных, но еще не необ­хо­ди­мых. При нем оно пере­шло в раз­ряд пред­ме­тов госу­дар­ствен­ных. Судь­бой наук стали так зани­маться, как до сих пор зани­ма­лись только госу­дар­ствен­ными иму­ще­ствами, воен­ными силами и прочим».

1802 год был реша­ю­щим для вве­де­ния этих счаст­ли­вых пере­мен. 8 сен­тября были учре­ждены для улуч­ше­ния госу­дар­ствен­ного управ­ле­ния восемь мини­стерств, и в их числе — Мини­стер­ство народ­ного про­све­ще­ния. Само назва­ние мини­стер­ства уже гово­рит о бла­го­твор­ной цели этого отде­ле­ния пра­ви­тель­ствен­ной вла­сти. Новое мини­стер­ство в самом деле было местом, откуда про­све­ще­ние стало рас­про­стра­няться во все сто­роны нашего обшир­ного Оте­че­ства, и в этом рас­про­стра­не­нии было столько порядка, столько точ­но­сти и посте­пен­но­сти, что нельзя не удив­ляться совер­шен­ству всего до мель­чай­ших подроб­но­стей. Чтобы чита­тели могли лучше пред­ста­вить дея­тель­ность этого важ­ней­шего учре­жде­ния в деле про­све­ще­ния Рос­сии, надо несколько подроб­нее рас­ска­зать о том, что сде­лало Мини­стер­ство народ­ного про­све­ще­ния сразу после сво­его учре­жде­ния. В его веде­нии был един­ствен­ный, суще­ство­вав­ший тогда уни­вер­си­тет — Мос­ков­ский. По при­меру этого уни­вер­си­тета Мини­стер­ство осно­вало три новых учеб­ных заве­де­ния в горо­дах: Вильне[*], Харь­кове и Казани; пла­ни­ро­вало еще три уни­вер­си­тета — в Киеве, Устюге-Вели­ком и Тоболь­ске, и под начало каж­дого из них опре­де­лило целый круг учеб­ных заве­де­ний. Это были губерн­ские гим­на­зии, уезд­ные и при­ход­ские учи­лища*. Началь­ное обра­зо­ва­ние дети полу­чали в при­ход­ских учи­ли­щах, из кото­рых вос­пи­тан­ники посту­пали в уезд­ные учи­лища и, нако­нец, в гим­на­зии. Позна­ния, кото­рые дети полу­чали в этих трех учеб­ных заве­де­ниях, были доста­точны для поступ­ле­ния на мно­гие граж­дан­ские долж­но­сти. Те же вос­пи­тан­ники, кото­рые хотели и могли полу­чать дальше обра­зо­ва­ние по части наук или лите­ра­туры, при­ни­ма­лись в уни­вер­си­тет, и каж­дый сту­дент, неза­ви­симо от его про­ис­хож­де­ния и зва­ния, полу­чал там пре­иму­ще­ства в соот­вет­ствии с его спо­соб­но­стями. Сту­денты, слу­шав­шие курсы наук в уни­вер­си­те­тах, уже счи­та­лись на службе, а окон­чив­шие курс удо­вле­тво­ри­тельно выпус­ка­лись с чинами раз­ных классов.

Таким обра­зом, обшир­ное поле дея­тель­но­сти было открыто по воле про­све­щен­ного госу­даря для каж­дого из его под­дан­ных. Это спо­соб­ство­вало успе­хам про­све­ще­ния. Каза­лось, одно обна­ро­до­ва­ние этих наме­ре­ний, одно изве­стие о жела­нии госу­даря про­све­щать своих под­дан­ных уже под­толк­нули мно­гих к уче­нию: почти во всех кон­цах Рос­сии появи­лось какое-то общее стрем­ле­ние к про­све­ще­нию, какое-то необык­но­вен­ное усер­дие, кото­рое согла­со­вы­ва­лось с жела­ни­ями моло­дого импе­ра­тора. Целые сосло­вия и мно­гие част­ные лица жерт­во­вали целые име­ния на осно­ва­ние учеб­ных обществ и учеб­ных заве­де­ний. Так были осно­ваны два зна­ме­ни­тые учи­лища выс­ших наук в Яро­славле и Нежине[*]; пер­вое — на пожерт­во­ва­ния стат­ского совет­ника Деми­дова, вто­рое — графа Без­бо­родко. А в Москве и Петер­бурге появи­лись раз­ные заме­ча­тель­ные обще­ства. В Москве их было три: одно — для исто­ри­че­ских изыс­ка­ний; дру­гое — для рас­про­стра­не­ния све­де­ний из обла­сти есте­ство­ис­пы­та­ния; тре­тье — из обла­сти сло­вес­но­сти. В Петер­бурге также обра­зо­ва­лись одно за дру­гим три обще­ства: пер­вое — обще­ство люби­те­лей наук, сло­вес­но­сти и худо­жеств*, вто­рое — Беседа люби­те­лей Рус­ского слова[*], и тре­тье — Обще­ство сорев­но­ва­те­лей про­све­ще­ния и бла­го­тво­ре­ния*. Рас­ска­зы­вая об этих обще­ствах, надо ска­зать вам, милые чита­тели, что импе­ра­тор Алек­сандр обра­щал также вни­ма­ние на все, отно­ся­ще­еся к про­све­ще­нию, и даже изда­вал имен­ные указы о том, чтобы изда­тели пуб­лич­ных ведо­мо­стей, поль­зу­ясь мате­ри­а­лами ино­стран­ных жур­на­лов и сочи­не­ний, печа­тали в своих изда­ниях все, что каса­лось откры­тий в раз­ных обла­стях наук, реме­сел, худо­жеств и земледелия.

Кроме Мини­стер­ства народ­ного про­све­ще­ния были учре­ждены еще семь мини­стерств: 1) мини­стер­ство воен­ных сухо­пут­ных сил, 2) мини­стер­ство мор­ских сил, 3) мини­стер­ство ино­стран­ных дел, 4) мини­стер­ство юсти­ции, 5) мини­стер­ство внут­рен­них дел, 6) мини­стер­ство финан­сов, 7) мини­стер­ство ком­мер­ции. Все зве­нья этой новой системы управ­ле­ния рабо­тали четко и сла­женно, что дока­зы­вало появ­ле­ние успе­хов в деле про­све­ще­ния и обра­зо­ва­ния народа.

Имея пред­став­ле­ние о состо­я­нии Рос­сии в пер­вые годы цар­ство­ва­ния неза­бвен­ного импе­ра­тора Алек­сандра, вы, конечно, хотите знать, каковы были отно­ше­ния Рос­сии в то время с дру­гими госу­дар­ствами. Для этого посмот­рим состо­я­ние дел всей Европы того вре­мени. Вы помните, каким потря­се­нием была для всех Фран­цуз­ская рево­лю­ция. Несколько госу­дарств, исчез­нув­ших из списка Евро­пей­ских стран, и несколько дру­гих, вновь обра­зо­ван­ных госу­дарств, почти пол­но­стью изме­нили Европу. В начале XIX сто­ле­тия, то есть в то время, о кото­ром мы ведем раз­го­вор, все­об­щее вол­не­ние в Европе начало ути­хать: во Фран­ции появился удач­ли­вый воин, кото­рый смог своим необык­но­вен­ным умом обуз­дать необуз­дан­ных. Вы видели, что его могу­ще­ство было сильно в 1801 году и что для его уси­ле­ния он искал бла­го­склон­но­сти импе­ра­тора Павла I. Общее недо­воль­ство Англи­ча­нами сбли­зило их, и война уже готова была начаться, как вдруг раз­нес­лась весть о кон­чине импе­ра­тора. Крот­кий Алек­сандр не мог без сожа­ле­ния думать о нару­ше­нии мира, только что заклю­чен­ного после ужас­ного кро­во­про­ли­тия, про­ис­хо­див­шего в Европе на про­тя­же­нии несколь­ких лет в период Фран­цуз­ской рево­лю­ции, и напра­вил свои уси­лия на то, чтобы при­ми­рить государства.

Успе­хом увен­ча­лись дей­ствия авгу­стей­шего посред­ника, и раньше, чем закон­чился 1801 год, мир­ные дого­воры были заклю­чены не только между Рос­сией и Англией, быв­шими на грани раз­рыва, но даже и между дру­гими несо­глас­ными между собой госу­дар­ствами, кроме Фран­ции и Англии. Обык­но­вен­ное недо­воль­ство их друг дру­гом обо­зна­чи­лось в то время силь­нее, чем когда-либо. Однако в начале 1802 года Амьен­ский мир поло­жил конец и их раз­но­гла­сиям. При­ми­ре­ние было не совсем искрен­ним со сто­роны Англии и было достиг­нуто за счет могу­ще­ства пер­вого кон­сула Фран­ции, могу­ще­ства, кото­рое в тот год было под­креп­лено новой и, по спра­вед­ли­во­сти ска­зать, истин­ной сла­вой: 18 апреля, в пер­вый день Пасхи[*], Бона­парт вос­ста­но­вил хри­сти­ан­скую рели­гию, уни­что­жен­ную было во Фран­ции во вре­мена безум­ной рево­лю­ции. Бла­го­твор­ные послед­ствия этого даже трудно пере­чис­лить. Пред­ставьте себе страну, в кото­рой в тече­ние мно­гих лет была забыта свя­щен­ней­шая обя­зан­ность чело­века — бла­го­го­ве­ние к его Творцу, и, сле­до­ва­тельно, все дру­гие обя­зан­но­сти, свя­зан­ные с ней.

Пред­ставьте, какую жизнь могли вести люди, кото­рые нико­гда и никого не ува­жали и не любили, потому что нельзя чув­ство­вать ника­кой любви и ува­же­ния без любви к Богу, без страха к Его вели­кому пра­во­су­дию! Все Евро­пей­ские госу­дари, услы­шав эту новость, важ­ную не только для Фран­цуз­ского народа, но и для всех дру­гих наро­дов, под­дер­жи­ва­ю­щих с ним отно­ше­ния, не могли не при­нять живей­шего уча­стия во всем про­ис­хо­дя­щем: в эту минуту мно­гие из них даже забыли оскорб­ле­ния, нане­сен­ные им пер­вым кон­су­лом, и в свя­том порыве бла­го­род­ных своих сер­дец про­стили ему мно­гое. Что же каса­ется Фран­цу­зов, то, конечно, их вос­хи­ще­ние Бона­пар­том и бла­го­дар­ность достигли в это время высо­чай­шей сте­пени. Они долго думали, каким обра­зом выра­зить ему свои чув­ства, и в сен­тябре объ­явили, что изби­рают его пер­вым кон­су­лом на всю жизнь. Такая честь, отли­чав­шая его от двух дру­гих кон­су­лов, сме­няв­шихся через каж­дые три года, воз­вы­сив его почти до сте­пени госу­даря, открыла его често­лю­бию новое, обшир­ное поле дея­тель­но­сти. Он был бы счаст­лив, если бы не под­дался этой опас­ной стра­сти чело­ве­че­ского сердца, если бы остался дово­лен высо­ким зва­нием, кото­рое дала ему судьба! Но в ослеп­ле­нии, все­гда нераз­луч­ном с често­лю­бием, Бона­парт думал, что в зва­нии пер­вого кон­сула на всю жизнь он, не будучи госу­да­рем, не обла­дал вла­стью, рав­ной цар­ской, и без­рас­судно устре­мился за ее полу­че­нием. А для этого он готов был пожерт­во­вать всем. Надо ска­зать, что этот чело­век совер­шил пре­ступ­ле­ние, кото­рое навсе­гда оста­лось для него упре­ком. Гру­стен рас­сказ об этом, но исто­рия неумо­лима. Ее стра­ницы, как чистое зер­кало, отра­жают добро и зло, совер­ша­е­мое в мире. Они сохра­нили в подроб­но­стях рас­сказ о жесто­ком деле Бона­парта. Вот оно.

Обра­щая свои гор­дые взоры на оси­ро­тев­ший пре­стол Фран­ции, пер­вый кон­сул очень хорошо знал, что все права на это свя­щен­ное насле­дие короля-муче­ника при­над­ле­жали его бли­жай­шим род­ствен­ни­кам, Фран­цуз­ским прин­цам, изгнан­ным из Оте­че­ства. Мно­гие из Евро­пей­ских госу­да­рей покро­ви­тель­ство­вали им и предо­став­ляли у себя убе­жище. Со вре­мени вла­ды­че­ства Бона­парта эти пре­сле­до­ва­ния пере­стали быть столь ужас­ными, как прежде, и все изгнан­ные Фран­цузы, и в том числе и принцы коро­лев­ской крови, начали вести более спо­кой­ную жизнь. Один из них, пле­мян­ник короля, моло­дой и отли­чав­шийся высо­кими досто­ин­ствами, принц Энги­ен­ский так довер­чиво отно­сился к пер­вому кон­сулу, что без­за­ботно жил почти на самой гра­нице Фран­ции, в гер­цог­стве Баден­ском. Этот моло­дой принц сво­ими пре­крас­ными каче­ствами все­гда обра­щал на себя осо­бое вни­ма­ние Фран­цу­зов и поэтому казался Бона­парту опас­нее всех дру­гих, осо­бенно с тех пор, как он начал заду­мы­ваться о под­чи­не­нии рес­пуб­ли­кан­ской Фран­ции вла­сти монар­хи­че­ского госу­даря и о воз­ло­же­нии на себя его короны. Увле­чен­ный мыс­лью о том, как лучше завла­деть ею самому и потом пере­дать потом­кам, и уве­рен­ный в при­вя­зан­но­сти к нему Фран­цуз­ского народа, гото­вого с вос­тор­гом назвать его своим госу­да­рем, пер­вый кон­сул с доса­дой смот­рел на изгнан­ное семей­ство коро­лей Фран­ции и на их при­вер­жен­цев. Послед­ние бес­по­ко­или его почти так же, как и пер­вые: при­вер­жен­ность к закон­ным пра­ви­те­лям Оте­че­ства часто застав­ляла их направ­лять свои уси­лия на воз­вра­ще­ние им пре­стола. Эти уси­лия, хотя бес­плод­ные на фоне дея­тель­но­сти мно­го­чис­лен­ной толпы рес­пуб­ли­кан­цев, могли найти под­держку у ино­стран­ных госу­да­рей, и тогда боль­шая опас­ность угро­жала бы могу­ще­ству Бонапарта!

Мысль об Англии, давно недо­воль­ной Фран­цу­зами, и о при­ми­рив­шейся с ней Рос­сии уси­ли­вала неволь­ный страх зна­ме­ни­того кон­сула, и в это время он услы­шал, что в Эттен­гейм­ском замке, где жил гер­цог Энги­ен­ский, про­хо­дят тай­ные собра­ния мно­гих при­вер­жен­цев коро­лев­ской фами­лии. Этого было доста­точно, чтобы воз­бу­дить силь­ный гнев и опа­се­ния Бона­парта: не узнав цели этих собра­ний и не выяс­нив, дей­стви­тельно ли они бывают в замке гер­цога, он отдал при­ка­за­ние немед­ленно схва­тить несчаст­ного принца, несмотря на то, что тот жил во вла­де­ниях ино­стран­ного госу­даря, и отвезти его во Фран­цуз­ский город Страс­бург. Здесь пото­мок коро­лей и один из наслед­ни­ков пре­стола Фран­ции был поса­жен в тем­ницу, отдан под воен­ный суд за измену Оте­че­ству и за уча­стие в заго­воре о поку­ше­нии на жизнь пер­вого кон­сула и через три дня после этого расстрелян!

Поспеш­ность и таин­ствен­ность, с кото­рыми про­хо­дил этот суд, доста­точно дока­зы­вают неви­нов­ность моло­дого принца и пре­ступ­ный замы­сел пер­вого кон­сула. Но Фран­цузы в сле­пом вос­хи­ще­нии своим героем не могли счи­тать его спо­соб­ным на пре­ступ­ле­ние и пове­рили тор­же­ствен­ным заяв­ле­ниям о вине гер­цога. Принц погиб, и никто не явился его защи­тить! Напро­тив, почти в то же время три­бу­нал[*] и сенат рес­пуб­ли­кан­ской Фран­ции при­ни­мали реше­ние о под­не­се­нии пер­вому кон­сулу импе­ра­тор­ского досто­ин­ства с наслед­ствен­ной вла­стью его потом­ству. Через несколько дней, 18 мая 1804 года, это пред­ло­же­ние и было сде­лано Бона­парту и 20 мая было им при­нято. Вос­торг народа и вой­ска по отно­ше­нию к новому импе­ра­тору был неопи­суем: все видели в нем нового родо­на­чаль­ника зна­ме­ни­тей­шего поко­ле­ния царей и небла­го­дарно забы­вали о тех, чьи предки в тече­ние несколь­ких сто­ле­тий были их коро­лями и бла­го­де­те­лями. Так думали лег­ко­мыс­лен­ные Фран­цузы, пре­кло­ня­ясь перед вели­чием сво­его нового госу­даря. Но их мне­ние не раз­де­ляли дру­гие народы, и мно­гие госу­дар­ства не только не при­зна­вали нового досто­ин­ства быв­шего кон­сула, но даже пре­рвали все отно­ше­ния с Фран­цией с того вре­мени, когда узнали о несчаст­ной кон­чине невин­ного гер­цога Энги­ен­ского. Впро­чем, несмотря на это общее неудо­воль­ствие и на оскорб­ле­ния, нане­сен­ные Фран­цуз­ским импе­ра­то­ром мно­гим вла­де­тель­ным Евро­пей­ским прин­цам (ведь Бона­парт про­воз­гла­сил себя не только Фран­цуз­ским импе­ра­то­ром, но вскоре и коро­лем Ита­льян­ским), 1804 год про­шел довольно тихо. Каза­лось, все гото­ви­лись к войне, все ждали, что она нач­нется в 1805 году, и не ошиблись.

Следующая страница →


← 124 стр. История России в рассказах для детей 126 стр. →
Страницы:  121  122  123  124  125  126  127  128  129  130  131  132  133  134
Всего 134 страниц


© «Онлайн-Читать.РФ», 2017-2026. Произведения русской и зарубежной классической литературы бесплатно, полностью и без регистрации.
Обратная связь