ГлавнаяГ. Р. ДержавинХристос

Христос. Г. Р. Державин

Никтоже приидет ко Отцу, токмо мною.
Иоан. гл. 14, ст. 6


1.

О Сый, которого пером[1],
Ни бренным зрением, ни слухом[2],
Ниже витийства языком
Не можно описать, а духом[3]
И верой пламенной молить!
Твоею благодатью пленный,
Как бы на небо восхищенный[4],
Тебя дерзаю я гласить[5].

2.

Тебя! — но кто же сущий Ты,
Что человеком чтим и Богом?
Лице, как солнца красоты![6]
Хитон, как снег во блеске многом!
Из ребр нетленных льется кровь![7]
Лучи — всю плоть просиявают!
Небесный взор, уста дыхают
Сладчайшим благовестьем слов!

3.

Кто Ты,— что к нам сходил с небес
И паки в них вознесся в славе[8]?—
Вовек живый и там и здесь
Несметных царств своих в державе[9],
В округе и средине сфер.
Хлеб жизни и живот струй вечных[10],
Сам свят, безгрешен; а всех грешных
Единая к спасенью дверь![11]

4.

Кто Ты,— кого из древних лет
Сивиллы, маги и пророки[12]
Приход предвозвестили в свет;
Полк горних сил сквозь блеск далекий[13]
Дивился с трепетом кому,
Что Бога и Царя небесна,
Бессмертна суща, бестелесна,
Сходяща видят смерти в тму?

5.

Кто Ты,— в котором сквозь эфир[14]
С горы ниспадший зрелся камень,
Кем мира сокрушен кумир;
Тот лепый юноша, что пламень[15]
Внутрь пещи в росу претворил,
И прежде, чем на свет явился,
Во тьме чудес предобразился
И чаяньем языком был?[16]

6.

Кто Ты,— которого звезда[17]
Час возвестила в мир явленья,
Казала путь к кому ведя
Царям, волхвам для поклоненья;
Чей трон не в злате средь порфир,
Но в верте[18], в яслях был возвышен[19],
Над кем лик ангелов был слышен:
Сошел во человеки мир!

7.

Кто Ты,— вспять Иордан бежал[20]
Кого омыть с стремленьем шумным,
В пустыне свет осиявал;
Глас Агнцем проповедал чудным[21],
Могущим всех грехи подъять.
Таинственным страша всех слухом,
Что, не родясь водой и духом[22] ,
Небес не можно достигать.

8.

Кто Ты,— что отверзал слух, взор
Глухим, слепым — прикосновеньем[23];
Кротил свирепость бурь и морь[24]
Единым перста мановеньем?
И не Тебе ль был сонм духов[25]
Послушным, всякая стихия,
И глас не Твой ли из земныя
Взывал утробы мертвецов?[26]

9.

Не Ты ль величественный муж
Во славе, в блеске несказанном[27]
Между живых и мертвых душ[28]
На холме зрелся лучезарном,
Как некий дивный властелин
И днешня и грядуща мира?
Над коим гром гремел с эмпира:
«Се мой возлюбленнейший Сын!»[29]

10.

Как! — Неба сын Ты? — ужас, мрак
Мои все пробегают кости!
Ты Бог? — но Твой поруган зрак
От человеческия злости!
Окровавленны красоты!
С злодеями на древе крестном[30]
Висишь в томленьи скорбном, смертном,
Бледн, бездыханен, мертв! — Кто ж Ты?

11.

Кто Ты? — и как изобразить
Твое величье и ничтожность,
Нетленье с тленьем согласить,
Слить с невозможностью возможность?
Ты Бог,— но Ты страдал от мук![31]
Ты человек,— но чужд был мести![32]
Ты смертен,— но истнил скиптр смерти![33]
Ты вечен,— но Твой издше дух![34]

12.

О тайн глубоких океан!
Пучина див противоборных!
Зачем сходил Ты с звездных стран
И жил в селениях юдольных?
Творец Ты,— мог все с высоты;
Ты тварь,— почто же трепетала[35]
Вся твердь, как жизнь Твоя увяла?
Открой, открой себя мне Ты!

13.

Открой себя, открой, молюсь!
И се — глас слышу сердца в дверях:
«Доколь воплю, доколь толкусь[36]
Воскреснуть в хладных маловерах?
О света сын! о раб днесь тмы!
Свлеки с себя покров твой бренной
И мыслью, верой воскрыленной
Мой Промысл о себе вонми:

14.

Премудрость, сила и любовь,
Бог дух, в трех светах Свет ввек живый[37],
Единством троичным до веков
В своем совете положивый
Свою в тме славу проявить,
Воззвать из бездн созданье ново
Послал единородно Слово[38],
И словом: — тма — вселенной бысть[39].

15.

Изобразилось естество,
Незримое всезримым стало
И в человеке Божество,
Как солнце в море, воссияло!
Все покорилося ему[40],
Что благ был, кроток, чист, незлобен
И во зерцале как подобен
Творцу бессмертну своему[41].

16.

Но поелику создан он[42]
С свободною душой из персти;
То обаял мечтаний сон
Его и ухищренье лести[43]:
Он, в красоту свою влюбясь,
Возмнил быть Бог — и возгордился,
От Единицы отклонился
И отблеск в нем Ея погас.

17.

Погас! — пал в тму вселенной царь,
Нетленье превратилось в тленье[44];
Ему совоздыхая тварь[45],
Доднесь страстей своих в боренье,
Век будет в пре — не утолить
Доколь гнев Отчь сей низкой долей[46],
Что волей пал, и той же волей
Себя к Нему не возвратить,

18.

И плоти не отвергнет так[47],
Ничто чтоб дух не отягчало;
Но пал как в толь глубокий мрак,
Что сил его восстать не стало[48];
То тут Любовь, времен в исходе[49],
Сошла смирить страстей злых ревы:
Сый воссиял от чистой Девы,
Как солнца луч от чистых вод!

19.

Им пробудилось божество,
Уснувше чувств от обольщенья,
Духовно света существо,
Как искра камня от биенья,
Вспрянуло,— и явился Бог
В плоти его страданьем Слова:
На свет Им трисвятый зреть снова
Адам сподобиться возмог.

20.

Адам бы падши не восстал,
Когда б в Христе не воскресился,
Не воскресясь — не воссиял,
Не воссияв — не возродился
В блаженство первородно вновь.
Се, как смирением, терпеньем,
Страданьем, скорбью, умерщвленьем
Возводит всех к себе Любовь!

21.

Так подлинно, без плоти дух
Не мог в тлен пасть. Без духа ж силы
И плоть слаба духов втечь в круг
К земле с прикованными крылы:
То по совету трисвяту,
Скудель в сан серафимск восставить,
Бессмертьем смертного прославить
Предоставлялося Христу.

22.

И Им со славой, с торжеством
Явилась миру Божья сила:
Как запад, нас златым лучом[50]
Святая кровь Его покрыла,
И осветила благодать,
Дав область в чад Его вчиняться[51],
Младенцев смыслом умудряться[52]
И разум вере покорять,—

23.

Чтобы, надеясь на Его
Одну мы благость, милосердье,
Могли искать себе того
Наследна, прежня озаренья,
Им кое только можно зреть:
Святым внутрь духом очищаясь,
Живясь, светлеясь, возвышаясь,
Любовью к Божеству гореть.

24.

Се, что есть Сый, что есть Христос,
Что Бого-Человек, что Слово:
Он самый тот, который взнес
Духовно и телесно в ново
Тем бытие, что, страждя сам,
Всем подал ясные примеры[53],
Как силой доблести и веры
Входить возможно к небесам!

25.

Так, Он един: никто другой
Слепца привесть не может к свету,
Потерянному чувств стезей;
Лишь словом уст Его согрету
Внутрь вскрыться могут очеса.
Поит струей Он вечной жизни
И сладость древния отчизны
На землю сводит, небеса.

26.

Он — сшедша Истина с небес,
Он — Добродетель воплощенна,
Отерша токи смертных слез.
В лице подобострастна тлена
Сходил Он к смертну естеству[54]
От уз греховных мир избавить,
На прежней степени поставить
И уподобить Божеству.

27.

Так, без Него никто к Отцу[55]
Его приближиться не может.
Без Сына дверь наград к венцу
Таинственную не проторжет.
Живет в Отце, Отец же — в Нем[56];
Бездн, неба и земли посредник,
Ходатай, вождь, всех благ наследник[57]
И подвигоположник Он.

28.

Предвечной Правде, трисвятой
Противно было б бесконечно,
Чтоб смертный за проступок свой
Пред Вечным не был винен вечно.
Кто ж Бога удовлетворит?
Лишь Сын Его из милосердья,
Взяв на себя всех преступленья[58],
Возмог мир миром примирить[59].

29.

Се есть Христовых цель заслуг:
Да благость сблизить с правосудьем,
Да воцарить над телом дух,—
И сих великих дел орудьем
Он пребыл Сам, что Сам страдал:
Он мог призвать в защиту громы;
Но, волею на казнь ведомый,
Своей Он смертью смерть попрал.

30.

И чрез пример явил сей свой,
Что не мирские наказанья
На лобном нас мрачат хулой[60],
Равно и не корон сиянья
Богоподобными творят;
Но правда, вера добродетель
Ввек провозвестник и свидетель
И блеск неложный света чад.

31.

Се тако Иисус всех спас
И познан Человеко-Богом,
Что так ничей покоить глас
И сладость в нас лить в бедстве строгом
Не силен, как Его един.
Быв выше всех,— учил быть низшим[61],
Любить врагов, и сердцем чистым[62]
Молил за них лишь Божий Сын.

32.

Он Царь, Законодатель тот,
Что уст своих одним глаголом
Ко благу общу всех ведет,
Равняет хижину с престолом:
«Просящему,— речет Он,— дай[63],
Болящего призри в больнице,
Печального утешь в темнице,
Голодна, жадна напитай».

33.

Первосвященник Он, Пророк[64],
Кой верящим в Него любовью
Себя дал веры их в залог,
Запечатлев завет свой кровью[65],
И так его тем утвердил,
Что Им обещанный, небесный
В языках огненных чудесный[66]
Излил свой Дух и научил:

34.

Былинки злобно не сломить[67],
Но быть всем кротким, всем радушным,
Лишь по себе других судить[68],
И не чрез рать себе послушным
Быть миру, но чрез рыб ловцов[69]
Простых велел,— и синагоги,
Ареопаг им пал пред ноги:[70]
Се силен как закон Христов!

35.

Христос весь благость, весь любовь,
Блеск свойствам даже трисвященным;
Весь круг бы без Него миров[71]
Неполным был, несовершенным.
Бог-Ум мог все предначертать,
Бог-Мощь — все сздать; любви ж без Бога
Могли ль премудрость, сила строга
Горе к себе сердца воззвать?

36.

Так, Бог и дивен и велик
Нам паче воплощеньем Сына:
Мог плоть и дух создать Он в миг,
Но связь сих крайностей едина
Всех удивительней чудес!
Адам пусть волею пал злою;
Но взнесся плотью он святою
В Христе превыше всех небес.

37.

Отец и Сын и Дух Святый,
Незримый Свет триипостасный;
Но в плоти Сын прияв черты,
Как человек подобострастный,
Открыл Себя и научил
Чтить Бога истиной и духом[72].
Кумиров сверг своим Он слухом,
Как силу ада сокрушил[73].

38.

Христос нас Искупитель всех[74]
От первородного паденья.
Он свет,— тмой необъемлем ввек[75];
Но тмится внутрь сердец неверья[76] ,
Светясь на лоне у Отца[77].
Христа нашедши, все находим[78],
Эдем свой за собою водим,
И храм Его — святы сердца[79].

39.

О Всесвятый! Превечный Сый!
Свет тихий Божеския славы!
Пролей свои, Христе! красы
На дух, на сердце и на нравы,
И жить во мне не преставай;
А ежели и уклонюся
С очей Твоих и затемнюся,
В слезах моих вновь воссияй![80]

40.

Услышь меня, о Бог любви!
Отец щедрот и милосердья!
Не презрь преклоншейся главы
И сердца грешна дерзновенья[81]
Мне моего не ставь в вину,
Что изъяснить Тебя я тщился,—
У ног Твоих коль умилился
Ты, зря с мастикою жену[82].

1814


Далее →


Благодарим за прочтение стихотворения Гавриила Романовича Державина «Христос»!
Читать стихи Гавриила Державина
На главную страницу (полный список произведений)


© «Онлайн-Читать.РФ»
Обратная связь